Неточные совпадения
Тут через трубу одной хаты
клубами повалился дым и пошел тучею по небу, и вместе с дымом
поднялась ведьма верхом на метле.
Едва мы
поднялись наверх, как сразу увидели, в чем дело. Из-за гор, с правой стороны Мутухе, большими
клубами подымался белый дым. Дальше, на севере, тоже курились сопки. Очевидно, пал уже успел охватить большое пространство. Полюбовавшись им несколько минут, мы пошли к морю и, когда достигли береговых обрывов, повернули влево, обходя глубокие овраги и высокие мысы.
Сейчас за плотиной громадными железными коробками стояли три доменных печи, выметывавшие вместе с
клубами дыма широкие огненные языки; из-за них
поднималось несколько дымившихся высоких железных труб. На заднем плане смешались в сплошную кучу корпуса разных фабрик, магазины и еще какие-то здания без окон и труб. Река Шатровка, повернув множество колес и шестерен, шла дальше широким, плавным разливом. По обоим ее берегам плотно рассажались дома заводских служащих и мастеровых.
По прямой линии до Заполья было всего верст шесть. С капитанской рубки картина пожарища развертывалась с каждою минутой все шире. Громадные
клубы дыма
поднимались уже в четырех местах, заволакивая даль грозною багровою пеленой.
Ало-багровым пламенем вспыхнуло смолистое дерево, черный дым
клубами поднялся к потолку и заходил над струями.
Этот
клуб, созданный кружком художников и литераторов в мое отсутствие, пришелся очень по вкусу петербуржцам, и его популярность
поднялась, главным образом, от публичных лекций.
А за кладбищем дымились кирпичные заводы. Густой, черный дым большими
клубами шел из-под длинных камышовых крыш, приплюснутых к земле, и лениво
поднимался вверх. Небо над заводами и кладбищем было смугло, и большие тени от
клубов дыма ползли по полю и через дорогу. В дыму около крыш двигались люди и лошади, покрытые красной пылью…
Теперь было совсем светло; туман
поднялся от земли и влажными, серыми
клубами полз по небу; в просветах виднелось чистое небо, освещенное солнцем.
«Что все это значит?» — думала Анна Васильевна. (Она не могла знать, что накануне, в английском
клубе, в углу диванной,
поднялось прение о неспособности русских произносить спичи. «Кто у нас умеет говорить? Назовите кого-нибудь!» — воскликнул один из споривших. «Да хоть бы Стахов, например», — отвечал другой и указал на Николая Артемьевича, который тут же стоял и чуть не пискнул от удовольствия.)
Приближаясь к Лондону, «Коршун» все больше и больше встречал судов, и река становилась шумнее и оживленнее.
Клубы дыма с заводов, с фабрик, с пароходов
поднимались кверху, застилая небо. Когда корвет, подвигаясь самым тихим ходом среди чащи судов, бросил якорь против небольшого, утопавшего в зелени городка Гревзенда, солнце казалось каким-то медным, тусклым пятном.
Солнце осветило над ним золотой трон и сидящую фигуру в блестящей короне, над которой торчали золотые рога. Вася продвинулся дальше — и снова
клуб пыли от крутнувшего огромнейшего широкого колеса, на котором
поднялась и вновь опустилась в полумраке человеческая фигура: солнце до нее не дошло. Зато оно осветило огромного, красного сквозь пыль идола с лучами вокруг головы.
Вася так чихнул, что над головой его
поднялась облаком пыль и густыми
клубами, как бы из трубы, поползла по лучу. А Вася все чихал и ругался...
Издали их можно узнать по заиндевелым деревьям и по
клубам пара, который
поднимается от воды утром при восходе солнца и вечером, когда температура воздуха понижается.
Желтовато-белый дым
клубами поднимался кверху и относился ветром в море на юго-восток.
Беспрерывно взвиваясь,
поднимаясь и падая, крутясь и цепляясь за траву, за кусты, как бы кривляясь, вытягиваясь и тая, неслись
клубы за
клубами: они непрестанно менялись и оставались те же…
Поднялась пыль за местечком по дороге из Менцена, быстро вилась
клубом, исчезла в местечке; уже на берегу виден татарский всадник — это Мурзенко.
Что-то задвигалось, ярко блеснуло на солнце, и четыре больших белых
клуба поднялись к облакам…
На юге
поднимались густые
клубы дыма от подожженных нами складов на Фушунской ветке. Пушки гремели. Прошел мимо Каспийский полк. Прошли, шатаясь, два пьяных, исхудалых солдата, с глазами, красными от водки, пыли и усталости.
Когда мы садились в коляску, перед нами за деревней
поднялась конусом гора и на ней деревянная церковь. Обвив ее кругом, ходили еще
клубами тучи, но в одном месте сквозь облако прорвалась светлая точка, и первый луч ее заиграл на кресте колокольни. О! и теперь этот золотой луч играет на нем в глазах моих.
При поднятии занавеса издали слышен туш кадрили; разнообразная толпа
поднимается по лестнице в здание
клуба. На авансцене с правой стороны сидит, развалясь на скамье, Наблюдатель, против него на левой стороне сидит Москвич. Иногородный стоит посреди сцены в недоумении. Несколько публики, в небольших группах, остается на сцене; между ними бегает Разносчик вестей.
Красиво, когда огонь вдруг охватит высокую траву: огненный столб вышиною в сажень
поднимается над землей, бросит от себя к небу большой
клуб дыма и тотчас же падает, точно проваливается сквозь землю.
Туман
клубами поднимался с соседнего болота, было сыро и холодно.
Клубы дыма, дружно
поднимаясь изо всех слободских юрт, не стояли прямыми, неподвижными столбами, как бывает обыкновенно в большие морозы, — их гнуло к западу, веял восточный ветер, несущий тепло с Великого океана.
Она
поднимается наверх и смешивается с толпой, которая все время глухо ропщет в
клубах пыли. Поэт, задумчивый, остается внизу.
Время в
клуб воротиться, к обеду…
Нет, уж поздно! Обед при конце,
Слишком мы протянули беседу
О Сереже, лихом молодце.
Стариков полусонная стая
С мест своих тяжело
поднялась,
Животами друг друга толкая,
До диванов кой-как доплелась.
Закурив дорогие сигары,
Неиграющий люд на кружки
Разделился; пошли тары-бары…
(Козыряют давно игроки...
С двух сторон
поднимались и расходились черные
клубы дыма от пожаров.